Почти пятьдесят лет ушло у меня на то, чтобы признать очевидное — все, что я хотел, как чувствовал и делал до семи лет — было нормально. Мне в каком-то смысле даже повезло: те, кто приучил меня думать обратное, сошли из этого мира так и не осознав, что были не правы.