Можешь не писать, не пиши!
Но был ведь Олеша, заставлявший выуживать из себя хотя бы строку и ни дня без строчки старавшийся не проводить. И Чехов, который за полчаса готов был написать про все, что угодно вполне сносный рассказ, который должен уже за то, что написан самим Чеховым, называться талантливым.

Можешь не писать – не пиши.
Мне приходилось руководствоваться в своем творческом потоке обеими принципами: так уж вышло. Только я сразу провел эту грань, понятную тому, кто не может киснуть в рамках одного жанра, кому необходимо, чтобы его творческое тесто бродило в нескольких кадках. Я как-то очень сразу решил, что я пишу каждый день, не зависимо от настроения, а за что не сажусь, пока неведомая сила не схватит за кадык души и не притянет к бумаге. Вот и получилось, что в одной папке живет то, что не больно отдавать под скальпель редактора и на лакмусовые бумажки критиков раздирать, а в другой то, что  требует время и диктует  эта... как ее... конъюктура. И дело здесь не в делении на жанры. Вы же понимаете! Дело в сути написанного, в энергии, которой связаны сердцевины слов, в судьбе этих самых слов и образов. Вы сами ощутите, что из какой папки, когда будете читать.

А если кому-то покажется, что написанного слишком много, и ему невольно захочется приобщить к моему творчеству слово «графоман», я оставлю за ним такое право, лишь скромно заметив при этом, что написанное – лишь малая часть по сравнению с тем, что не написано. Потому, что каждый раз, когда хочется сесть с умным видом за письменный стол и поиграть в писателя или поэта, написан за пару свободных часов что-нибудь обязательно гениальное или, в крайнем случае, талантливое, я говорю себе:
- Можешь не писать, не пиши…
И нередко после этого заклинания у меня появляется масса свободного времени на всякие приятные житейские мелочи...